Вера, честность, настойчивость

В столичном Президент-отеле состоялась пресс-конференция известного предпринимателя и одного из крупнейших меценатов России Сергея Михайлова. На протяжении трех часов Сергей Анатольевич отвечал на вопросы многочисленных представителей российских и зарубежных изданий, интернет-сайтов, телевизионный компаний. Это был нелегкий, но предельно открытый, со стороны Михайлова, разговор.

За последние месяцы Сергей Анатольевич Михайлов обратился с целым рядом судебных исков к средствам массовой информации о защите чести и достоинства. Он требовал признать ложной информацию о его причастности к организованной преступности, в частности, и криминалитету – в целом. Надо отметить, что пишущая и снимающая братия, словно лишний раз доказывая, что журналистику не зря называют второй древнейшей профессией, распоясалась донельзя. Фамильярное обращение к Михайлову по его детскому прозвищу, измышления о якобы совершенных им некогда преступлениях, оскорбительные ярлыки сыпались на мецената и предпринимателя. А когда Михайлов обратился за судебным разбирательством, этот произвело на журналистов эффект опрокинувшегося ушата с ледяной водой. «Чего ему неймется, рассуждали они. Подумаешь, оскорбили, эка невидаль. Сидел бы себе тихо и не возникал, как это делает большинство тех, кто опасается связываться с «пятой властью».

Но Михайлов тверд и последователен в своих действиях. Еще в 1999 году, вернувшись из Швейцарии после знаменитого женевского процесса, где он одержал триумфальную победу, Сергей Анатольевич сделал официальное заявление:
- Как христианин я не жажду мести и прощаю всем, кто раньше писал обо мне худое. Но и предупреждаю, что впредь, признанный полностью невиновным международным судом, не позволю никаких оскорблений в свой адрес, и борьбу со своими обидчиками буду вести исключительно в правовом поле.

Так что чего уж удивляться, если в ответ на оскорбительные выпады в СМИ Михайлов обратился в суд. Его действия вызвали целый поток публикаций, как в России, так и за рубежом. И потому Сергей Анатольевич охотно принял предложение издательского дома.